О значении тест-указателя «блокада мезенихимы»
В.Н. Пастухов, Н.А. Пастухова
(МЦ «Формула здоровья», г. Екатеринбург, Россия)
В системе ВРТ большое значение придается показателю «блокада мезенхимы» (БМ). Дискуссионным является положение о необходимости снятия данных блокад, так как считается, что подобное действие может спровоцировать обострение хронического процесса, вызвать ускорение роста опухоли и т.д.
Важным моментом в решении этих и им подобных вопросов является понимание того, какие патофизиологические процессы или морфологические изменения скрыты в препарате.
Роли и месту соединительной ткани (СТ) в развитии патологических процессов, характеристике ее морфологического состава, а также значению оценки ее состояния посвящены работы Ю.В. Готовского, Л.Б. Махонькиной, И.М. Сазоновой (1996–1997 гг.) [1, 3, 7], М.М. Шрайбмана (2007–2008 гг.) [4, 5]. На значение блокад мезенхимы и их место в диагностическом процессе впервые подробно указал А.А. Овсепян [6].
Значение оценки состояния мезенхимы состоит в том, что речь идет о ткани, сложной в морфологическом и метаболическом плане, широко представленной в организме и оказывающей большое влияние на течение физиологических и развитие патофизиологических процессов. СТ, являясь составной частью всех органов, формирует вместе с кровью внутреннюю среду, через которую все структурные элементы получают питательные вещества и отдают продукты метаболизма, тем самым представляя собой важное звено в поддержании гомеостаза. При всем многообразии различных типов и разновидностей СТ характеризуется сравнительно немногочисленными структурными элементами – клетками и межклеточным матриксом. Выделяются три основных типа клеток СТ: фибробласты и их разновидности; макрофаги (гистиоциты) и тучные клетки. Остальные клеточные элементы – нейтрофильные и эозинофильные лейкоциты, лимфоциты и плазмоциты – имеют гематогенной происхождение и в большом количестве проникают в СТ только при патологическом процессе. Межклеточный матрикс состоит из эластических и коллагеновых волокон, пространство между которыми заполнено основным веществом, содержащим углеводно-белковые комплксы: протеогликаны и гликопротеины. Другие составные части: вода, ферменты, неорганические соли, белки, витамины, гормоны попадают сюда из плазмы. Помимо этого, в соединительнотканном пространстве расположена терминальная часть капиллярной сети, рецепторная часть вегетативной и соматической нервной системы [2, 8]. В мезенхиме мы имеем многократно переплетенные регуляционные контуры, осуществляющие связь через эндогенные и экзогенные взаимодействия, повреждения которых при развитии болезни приводят к развитию блокад и, как следствие, искажению результатов оценки состояния, так и оценки состояния отдельных органов и систем.
По-видимому, высокая значимость адекватной оценки состояния мезенхимы обусловила представительство большого количества препаратов соединительной ткани в селекторе аппарата «ИМЕДИС-Эксперт».
Целью исследования явилось определение значения и места показателя «блокады мезенхимы» в системе диагностики и лечения хронических заболеваний методом ВРТ-БРТ.
Материалы и методы исследования
Произведена оценка изменений состояния у 128 пациентов, мужчин и женщин в возрасте от 21 до 72 лет, с различной хронической патологией, как при первичном исследовании, так и на этапах терапии. Оценка изменений результатов тестирования проведена по следующим критериям: изменение потенции органа (выше и ниже исходных данных); появление (исчезновение) психологической нагрузки; изменение глубины (2 и более у.е.) и направленности метаболической реакции (катаболизм/анаболизм); изменение вегетативной (2 и более у.е.) реакции (напряжение/истощение по симпатическому – парасимпатическому звеньям), выявление ранее скрытого токсического отягощения.
Первым результатом явилась необходимость в разграничении понятия блокад мезенхимы на общие или системные, выявляющиеся при общем тестировании по списку в окне ВРТ и частные или органные, характеризующие состояние отдельного органа или системы. Системные блокады выявляются непосредственно при тестировании или их наличие можно предположить при общей малорезультативной картине тестирования, несмотря на наличие жалоб или клинических проявлений заболевания у пациента («не резонирующий пациент»). Наличие такого рода БМ сопровождает, как правило, пациентов с многоплановой патологией и значительным снижением резервов адаптации. Нейтрализация подобных блокад приводит к появлению достаточно четких реакций пациента на тест-указатели, что позволяет без помех продолжать диагностический поиск.
Вторым базовым моментом явилось отсутствие блокад мезенхимы в случаях ургентных обращений больных, независимо от характера патологии.
Основной темой исследования явилось изучение значения частных или органных блокад, которые выявлялись при создании патофизиологической цепочки по А.А. Овсепяну [7] в пределах ранее перечисленных тест-указателей. При наличии блоков производилась их нейтрализация с последующим повторным тестированием по всем исходным показателям и выявлением дополнительных отягощений.
Снятие блокад мезенхимы проводилось по авторской методике, которая достаточно проста и занимает три–пять минут. При этом стоит отметить, что предварительное общее деблокирование не приводит к снятию частных блоков.
Ни в одном случае нейтрализация БМ не привела к обострению или прогрессированию основного процесса.
Результаты и обсуждение
У всех обследованных больных после снятия блокады мезенхимы обнаружены изменения исходных тестов, от 1 до 5. Всего произведено 436 коррекций исследуемых показателей, в среднем по 3,4 на одного пациента.
Наибольшее количество изменений в сравнении с исходными данными наблюдалось при оценке состояния метаболических реакций. Общее число коррекций составило 103, или 80 % от количества пациентов. В большинстве случаев (81 или 78,6 %) наблюдавшиеся изменения характеризовались сдвигом метаболических реакций в сторону катаболизма. В 22 случаях (21,4 %) отмечены изменения в сторону анаболических реакций. Смещение показателей в сторону углубления катаболических реакций во всех случаях свидетельствовало о скрытой, вероятнее всего, под защитными блоками, глубине воспалительного процесса. Пациенты со сдвигами метаболизма в сторону увеличения анаболических реакций составили две группы по 11 человек. В первой из них интенсивность анаболических процессов отражала процессы репарации в органе, тогда как вторую группу составили пациенты с признаками активного развития доброкачественных или злокачественных новообразований. У половины больных этой подгруппы признаки активности анаболических процессов, выявленные после снятия блокад, явились первичными маркерами диагностики опухолевых процессов.
На втором месте по частоте – 96 случаев (75,0 %) стояло выявление токсических отягощений, которые в подавляющем большинстве (91 или 94,8 % от числа выявленных) представляли собой латентно протекающие инфекции, лежащие в основе патологического процесса (маркер Intox I).
Появление или исчезновение указателя психическая нагрузка (ПН) отмечено в 91 случае (71,1 %), причем выявление скрытой ранее ПН произошло у 72 (79,1 %) пациентов, тогда как исчезновение манифестирующей ПН отмечено у 19 человек (20,9 %). Выявление латентной психологической составляющей в патогенезе заболевания приводит к необходимой коррекции тактики терапии на ранних этапах лечения, что не может не сказаться на окончательном результате.
Изменения потенции органопрепаратов наблюдали в 66 случаях, что составило 51,6 % от общего числа пациентов. Снижение потенции от исходной (ниже D6) наблюдали в 45 случаях (68,2 %), повышение (свыше D6) в 19 случаях (31,8 %). Уточнение данного показателя позволяет более точно оценить истинное состояния пораженного органа, скрытое в результате компенсаторных реакций.
Изменения состояния вегетативной нервной системы (ВНС) по отношению к исследуемому органу происходило либо в сторону усугубления исходных нарушений либо со сменой напряжения/истощения по симпатическому/парасимпатическому звену на противоположные по значению состояния, всего 80 наблюдений – 62,5 % от общего числа. Преобладание изменений в сторону симпатического звена отмечено в 39 (48,7 %) наблюдениях, парасимпатического – в 41 (51,3 %). Уточнение характера вегетативной регуляции патологического процесса, в особенности динамики ее изменения при нейтрализации блоков, позволяют оценить не только глубину поражения органа-мишени, но и уровень адаптивных возможностей организма.
Таким образом, результаты проведенного исследования позволяют заключить:
1. Тест-указатель «блокады мезенхимы» является отражением функциональных изменений, которые имеют, вероятнее всего, адаптивный или компенсаторный характер.
2. Блокады мезенхимы развиваются прежде всего у больных с хронической, включая доброкачественные и злокачественные новообразования, патологией.
3. Блокады мезенхимы могут иметь общий или системный характер, наличие их свидетельствует о низких адаптационных возможностях организма. Другой вид блокад мезенхимы – частные или органные – характеризуют компенсаторные возможности организма по отношению к конкретной патологии в органе.
4. Деблокирование мезенхимыпозволяет в 75 % случаев выявить латентный токсический этиотропный фактор, – прежде всего наличие скрытого инфекционного процесса.
5. Выявление и нейтрализация блокад мезенхимы на этапах диагностики не несет в себе опасности и дает возможность создания полноценной характеристики патологического процесса у сложной категории хронических больных.
Литература
1. Готовский Ю.В., Махонькина Л.Б., Сазонова И.М. Оптимизация диагностики и терапии путем оценки биологического возраста // Тезисы и доклады. III Международная конференция «Теоретические и клинические аспекты применения биорезонансной и мультирезонансной терапии». – М.: ИМЕДИС, 1997. – С. 64–84.
2. Лабори А. Регуляция обменных процессов / Пер. с франц. – М.: Медицина, 1970. – 383 с.
3. Махонькина Л.Б., Сазонова И.М. Роль и место соединительной ткани (основной системы) в развитии патологии. Методологические основы диагностики и биорезонансной терапии с учетом состояния соединительной ткани // Тезисы и доклады. III Международная конференция «Теоретические и клинические аспекты применения биорезонансной и мультирезонансной терапии». – М.: ИМЕДИС, 1997. – С. 84–114.
4. Шрайбман М.М. Полная резонансная шкала соединительной ткани и ее диагностическое значение в системе «ИМЕДИС-ТЕСТ» // Тезисы и доклады. XIII Международная конференция «Теоретические и клинические аспекты применения биорезонансной и мультирезонансной терапии». Ч. I. – М.: ИМЕДИС, 2007. – С. 171–175.
5. Шрайбман М.М. Тактика терапии в системе «ИМЕДИС-ТЕСТ» с учетом показателей резонансной шкалы соединительной ткани // XIV Международная конференция «Теоретические и клинические аспекты применения биорезонансной и мультирезонансной терапии». Ч. I. – М.: ИМЕДИС, 2008. – С. 76–79.
6. Овсепян А.А., Базикян Г.К. Оптимизация биорезонансной диагностики на аппаратно-программном комплексе «ИМЕДИС-ФОЛЛЬ» // Тезисы и доклады. V Международная конференция «Теоретические и клинические аспекты применения биорезонансной и мультирезонансной терапии». Ч. I. – М.: ИМЕДИС, 1999. – С. 201–206.
7. Овсепян А.А., Мачанян А.С. Новые подходы к имитационному моделированию процессов диагностики и терапии // Тезисы и доклады. XV Международная конференция «Теоретические и клинические аспекты применения биорезонансной и мультирезонансной терапии». Ч. I. – М.: ИМЕДИС, 2009. – С. 124–139.
8. Шехтер А.Б., Коган Е.А. Соединительная ткань легких. – В кн.: Клеточная биология легких в норме и при патологии / Ред. Ерохин В.В., Романова Л.К. – М.: Медицина, 2000. – С. 209–221.